Заморозка USAID и последствия «мягкой силы» для Казахстана

Обсуждение Алмаса Аубекерова и Ильяса Бактыгалиева о решениях администрации Дональда Трампа и их влиянии на регион.

О чём спор и почему тема стала горячей

После вступления Дональда Трампа в должность было объявлено о 90‑дневной заморозке программ международной помощи. В публичном поле это выразилось в резком сокращении деятельности USAID, закрытии аккаунтов и кадровой перестройке. Ведущие рассматривают этот шаг как символический отказ от прежней модели «мягкой силы» и переход к более жёсткому критерию выгодности для США.

Исторические цели USAID и логика «мягкой силы»

USAID создавалось в 1961 году как инструмент внешней политики США на фоне противостояния с СССР. Формально агентство занималось гуманитарными и социальными программами (здравоохранение, образование, инфраструктура), но на практике служило каналом влияния на политические и общественные процессы в странах‑получателях помощи.

• Глобальный охват и бюджет более $50 млрд.
• Заметная роль в финансировании международных инициатив.
• Сочетание гуманитарных программ с политическим воздействием.

Новый курс администрации Трампа

В обсуждении подчёркивается, что политика Трампа строится вокруг критерия прямой выгоды для США. В этой логике USAID подверглось резкой ревизии: усилилось давление на бюрократию, начались массовые сокращения, а контроль над эффективностью программ поручен структурам вроде DOGE, созданной под руководством Илона Маска.

В публичной риторике USAID обвиняют в политической предвзятости и поддержке радикально левых проектов, что стало дополнительным аргументом для пересмотра его задач.

Что USAID делало в Казахстане

В Казахстане деятельность агентства была менее масштабной, чем в Украине или других крупных направлениях, но затрагивала широкий спектр сфер — от гражданских инициатив до программ в образовании и госуправлении.

• Программы против буллинга в школах и внедрение правовых определений.
• Проекты по модернизации госструктур (например, оборудование для налоговых органов).
• Экологические и климатические инициативы, связанные с «зелёной» повесткой.
• Поддержка медиа и правозащитных организаций, включая грантовые сети.

Ведущие указывают, что эффективность многих программ спорна, а часть инициатив воспринимается как внешнее идеологическое влияние.

Информационная повестка и «пятая колонна»

В интервью отдельно обсуждается влияние USAID на информационную среду: подготовка журналистов, поддержка НКО и «независимых» медиа. Это трактуется как формирование альтернативных центров влияния, которые могут выступать против государственных интересов.

Отдельно упоминается финансирование проектов, связанных с гендерной и ЛГБТ‑повесткой, что, по мнению авторов, имело скорее политический, чем социальный эффект.

Влияние на региональную и глобальную политику

Собеседники связывают сворачивание USAID с более широким трендом: ростом консервативной политики, усилением правых движений и отказом от прежних либеральных стандартов. Это отражается не только в США, но и в Европе, где разворачиваются дебаты об энергетике, климате и миграции.

Что это значит для Казахстана

Ключевой тезис интервью — уход USAID не несёт Казахстану серьёзных рисков, а скорее освобождает пространство от внешнего давления. Вместе с тем он создаёт «эффект прецедента»: если США сами закрывают агентство, то местные власти получают моральное право пересмотреть отношение к иностранным грантовым структурам.

Вывод

Заморозка USAID рассматривается как часть радикальной ревизии американской внешней политики. Для Казахстана это событие означает изменение баланса влияний и конец эпохи, когда внешнее финансирование воспринималось как неприкасаемое. Главный вопрос теперь — какие новые форматы «мягкой силы» придут на смену и как ими будут управлять.